Тихоходные тральщики


В соответствии с «Положением об использовании для военных нужд Союза ССР гражданских судов, портов, пристаней и других Вооружений водного транспорта», утверждённого Совнаркомом СССР в 1940 г., гражданский экипаж после получения мобилизационного предписания приводил своё судно на указанный завод, где его осматривала специальная комиссия. В неё входили представители судовладельца и завода, а также капитан и старший механик передаваемого военным парохода. После ходовых испытаний, проводившихся для определения технического состояния корпуса и механизмов подписывался приёмный акт и устанавливался объём необходимого ремонта и переоборудования. После этого на каждое судно выдавалось задание с указанием перечня работ и сроков их выполнения. Затем на предприятии для каждого парохода создавались детальные планы, назначались ответственные лица и затем необходимые заказы выдавались в цеха и на конкретные участки.



Обладавшие небольшой осадкой, но в то же время могшие против ветра и волны буксировать трал Шульца со скоростью не более 3-4 уз., все мобилизованные «ижорцы», за редким исключением, переоборудовались в тихоходные тральщики. Для этого на буксирах в местах предполагаемого размещения вооружения подкреплялась палуба, монтировались радиостанция и вторая мачта, для растяжки её антенны, за машинным капом устанавливались тральные вьюшки и лебёдка, а по его бокам - стеллажи для хранения буйков трала Шульца и змейкового трала. Кроме того, буксиры получали чугунные полуклюзы с большой поверхностной твёрдостью и кормовую стрелу для подъёма и постановки щита змейкового трала. Для визуальной связи «ижорцы» получали 45-см сигнальный прожектор типа МСПРЛ-4,5, фонарь Ратьера (Семенова) и сигнальный пистолет Верри.Артиллерийское вооружение тихоходных тральщиков состояло из одной полуавтоматической 45-мм универсальной пушки 21-К, расположенной на баке и двух пулемётов 7,62-мм «Максим» в установках М-1 или ДТ (Дегтярёв танковый) такого же калибра - на надстройке в районе дымовой трубы. При этом один из пулемётов мог переноситься в корму и крепиться к борту, для расстрела всплывших мин.

Орудие 21-К на тумбовой установке без щита весило 506 кг. Ствол длиной 46,1 клб, имел 16 нарезов глубиной 0,5 мм. Его вес с затвором равнялся 107 кг. Станок вертлюжного типа с люлькой обеспечивал углы наведения в вертикальной плоскости от - 10° до +85°, а по горизонту - 360°. Клиновой затвор с полуавтома-тикой и унитарное заряжание позволяли добиться технической скорострельности 30 выстр./мин. Снаряд весом 1,41 кг разгонялся 360-граммовым метательным зарядом пороха 7/1 до 760 м/с. Максимальная дальность стрельбы при этом составляла 9500 м, а наибольшая досягаемость по высоте - 6000 м. К пушке имелись снаряды трёх типов: осколочно-трассирующий - для стрельбы по самолётам, бронебойный - для ведения огня по легкобронированным целям и осколочно-фугасный - для поражения живой силы противника. Расчёт орудия включал три человека.

На «ижорцах» боезапас, за исключением восьми снарядов, размещавшихся в кранцах первых выстрелов непосредственно у пушки, хранился в ящиках в кубрике команды. Подача выстрелов проводилась вручную через тамбур сходного люка в жилой отсек. Количество и тип снарядов штатно не оговаривались и зависели зачастую от выполняемых задач и наличия боеприпасов на береговом складе.Для решения тральных задач корабли могли нести контактные тралы всех типов, состоявшие на вооружении ВМФ СССР. Для их хранения был приспособлен кормовой грузовой трюм, а также уже упоминавшиеся стеллажи вдоль машинного капа.Уже в ходе Великой Отечественной войны на некоторые из тихоходных тральщиков типа «Ижорец» вместо пулемётов «Максим» поставили крупнокалиберные пулемёты ДШК, а на шести кораблях смонтировали радиостанции УКВ.Вследствие установки на буксирах минно-трального и артиллерийского вооружения, а также дополнительных технических средств, численность экипажа возросла с 13 до 30 человек и с его размещением возникли серьёзные проблемы. Теперь в двух имевшихся каютах располагались командир корабля и замполит, а старшего механика переселили в бывшую столовую команды к младшему командному составу, которая стала для них и одной общей каютой, и кают-компанией. Всех же краснофлотцев поселили в незанятой ящиками с боезапасом части кубрика. Для этого там установили трёхярусные нары. И до того не очень просторный кубрик стал вообще малопригоден для жизни. По воспоминаниям ветеранов, при заступлении на вахту в ночное время морякам с большим трудом приходилось перелезать через спящих товарищей. Летом же находиться в помещении было практически невозможно.